Глава 1. «Начало пути»

Я родился в семье немецких переселенцев в небольшом селе на севере Казахстана ещё в брежневские времена. Моя семья была небольшая. Отец, мать, я сам как самый старший ребенок и моя младшая сестричка. Моя семья жила не особо богато, но, все таки, достаток имелся. Отец работал завгаром на колхозной МТС, мать — в районной продуктовой базе. Своя скотина, большой огород, полгектара под картошку, сенокосный надел. Все это очень сильно помогало семье. Я отучился в сельской школе до седьмого класса. Учителя считали меня очень способным мальчиком и моя классная руководительница посоветовала маме, чтобы я продолжал учебу в районе, где была десятилетка. Мои родители всерьез отнеслись к будущему своего сына и отправили документы в районную среднюю школу. Отучившись три года и закончив десятилетку, меня призвали в армию. Отслужив положенные два года в автобате, я снова вернулся в родное село. Но моя страсть к учебе за время службы не угасла. В один из дней я поставил своих родителей перед фактом, что собираюсь поступить в столичный технический ВУЗ в Алма-Ате. К счастью, родители не стали меня отговаривать и я уехал из родного села получать высшее образование. Сдав документы, поступил на подготовительный курс политехнического института. Проучившись год на подготовительном курсе, я успешно сдал вступительные экзамены. На третьем курсе я познакомился с Катей, сокурсницей с параллельного потока. Мы долго встречались, так как оба решили сначала получить дипломы, а уже потом связать себя узами брака. И вот настал долгожданный момент. Мы оба успешно защитили дипломы и Кате предложили хорошее место как начинающему специалисту. Договорившись, мы решили подать заявление в ЗАГС, когда и я тоже найду работу. В конце концов, я устроился по своей специальности в солидную государственную организацию. Через полгода с начала моей трудовой деятельности, мои родители прислали мне письмо, в котором сообщали о своем переселении в Германию, на землю своих предков. В письме мама слезно просила меня уехать с ними. Она писала, что в Германии с моими способностями я смогу получить достойное европейское образование и так далее и тому подобное. Я дать прочесть письмо Кате. Когда она прочла, спросил ее, хотела бы она со мной уехать в Германию. Катя просила дать ей время подумать. Однако я очень хорошо знал Катю. Знал, что она никогда не сможет бросить свою больную мать одну. Поэтому я не надеялся, что она согласиться на переезд со мной. Я оказался прав. Катя отказалась ехать из-за матери. В свою очередь она стала отговаривать меня от переезда в Германию. Она словами и слезами пыталась убедить меня, что с моими мозгами и моим пробивным характером я смогу сделать отличную карьеру в Казахстане и стать вполне обеспеченным человеком. Но я уже грезил новыми открывающимися горизонтами после переезда в Германию. Катя так и не смогла уговорить меня не делать этот “роковой”, по ее мнению, шаг. Через пару дней я заказал телефонный разговор с родителями и дал свое согласие на переезд. После телефонного разговора я сообщил Кате, что принял окончательное решение о переселении в Германию. Катя долго плакала и уговаривала меня остаться с ней, но я был тверд в своем решении. Германия манила меня своими будущими перспективами. Если бы я тогда знал, какая жизнь меня ожидает в Фатерланде, возможно, я бы никогда не уехал. Я уволился с прежнего места работы, снова вернулся в родное село и работал в МТС вместе со своим отцом. Изрядно подросшая сестра заканчивала десятилетку и уже, по возможности, помогала матери на базе, вникая в принцип работы. Я не стану делать упор на сбор документов для переселения, скажу только, что он сопровождался с определенными трудностями. Наконец, в течение четырех месяцев, все нужные документы были собраны и отправлены в Германию для принятия решения о переселении.  Прошло два долгих года. Все это время я жил в нашем селе, так же работал с отцом в МТС. Сестра, закончив десять классов и получив среднее образование, работала вместе с матерью на продуктовой базе. Поначалу я часто вспоминал Катю, но ее образ все реже и реже всплывал в моей голове.  Однажды в калитку нашего дома постучали. Это была почтальона, казашка Света. Я в это время дома, приехал обедать. Света вручила мне под роспись большой коричневый конверт, с непонятным обратным адресом. Хотя в нашей средней школе преподавали английский, я, взглянув на адрес, понял: написано на немецком языке. Оставив нераспечатанный конверт дома, я снова уехал на работу. Вечером вся семья собралась за обеденным столом. На середине стола лежал тот самый конверт. Отец, нацепив очки на нос, стал разбирать присланные документы, бормоча что-то себе под нос. Из всего его бормотания я разобрал единственное слово — Ауфнамебешайд. После прочтения всех присланных документов, отец оглядел нас всех поверх очков и сказал, что нашей семье разрешено переселиться в Германию в качестве поздних переселенцев. На сборы нам дали год… 

Продолжение в Главе 2